Советы рыболову зимой Советы рыболову весной Советы рыболову летом Советы рыболову осенью Общие 

Разделы

  Основы
  Поплавочная удочка
  Спиннинг
  Спиннинг-приманки
  Донная удочка
  Нахлыст
  Другие снасти
  Рыбы наших водоемов
  Семейства рыб
  Наука ихтиология
  Рыбацкая кухня
  Техника безопасности
  Первая помощь
  Видео
  Статьи о рыбалке
  Разное




Рубрики

  Отчеты о рыбалке
  Календарь рыболова
  Мастерская рыбака
  Вопрос - Ответ
  Стихи про рыбалку
  Болезни рыб
  Насадки
  Эхолоты
  GPS приемники
 

лодка для прогулке по воде



Шхуна, которая не хотела плавать (fb2)




Михаил Тоцких Мудрец 9 лет назад их три Мирослав fon Butterfly Гуру 9 лет назад На самом деле их там ваще до фига. Мне лень искать рисунок этой фигни какая-то там марка , но там наносятся уровни осадки для пресной воды, солёной в Атлантике зимой, отдельно - летом, Балтики, тропиков ЕМНИП , ещё чего-то, для Красного моря, кажется, так как там везде разная солёность и плотность воды. Однако воистину открыл для меня сердце и душу Ньюфаундленда Хоуард Морри. Хоуард принадлежал к тем редким людям, чье ощущение прошлого преображайся в глубочайшую любящую причастность. Его прапрадед был первым Морри, обосновавшимся на Южном берегу, и все сказания, передающиеся по ступеням поколений, скопились в голове Хоуарда — и в его сердце. В зрелые годы он получил тяжелую травму и на двадцать месяцев был прикован к постели. Он использовал это время для того, чтобы записать все, что он слышал и помнил о Ферриленде, в тридцати школьных тетрадях. А когда совсем поправился и снова начал выходить в море, то зашвырнул это бесценное сокровище в какой-то чулан, где на тетради наткнулись дети и с их помощью развели веселый костер.

  • Виды фидерного удилища
  • Дешевый сайт рыбалка
  • Lowrance купить в америке
  • Видео охота и рыбалка в тайге
  • Когда Хоуард рассказал мне о их судьбе, я пришел в ужас, а он только засмеялся:. Хоуард не только знал историю Ферриленда за то время, пока там жила его семья, но знал — или чувствовал — ее до того века, когда она началась. То есть до очень далекого прошлого, так как Ферриленд — одно из тех мест на Ньюфаундленде, где патина человеческого обитания настолько плотна, что заметно смягчила каменный лик древней Скалы. Обширная, надежно укрытая бухта у подножия пологих, плавно поднимающихся вверх холмов, обрамленная широкой полосой сочных лугов, гостеприимно принимала кое-кого из самых ранних европейских посетителей Северной Америки. Баскские китобои и рыбаки в поисках трески укрывались в бухте Ферриленда задолго до конца XV века. В первые десятилетия XVI века бретонцы и нормандцы устраивали рыбачьи базы на ее пляжах. Однако французы явно появились там поздно, так как название это бухте и селению дали не они. Французы превратили Фарильон в постоянное селение и жили там, пока английские пираты не захватили его около года. В году лорд Балтимор избрал его как центр грандиозной плантации, в которую он намеревался превратить Ньюфаундленд. Однако высокородный лорд был подкаблучником.

    Его супруга возненавидела Фириленд, как он тогда назывался, и через два года убедила супруга переехать на юг, в места, которым предстояло стать штатом Мэриленд. На протяжении последующих веков новые господа захватывали номинальную власть над селением и высасывали соки из его обитателей. Но обитатели эти, смешавшие в своих жилах кровь французов, англичан западных графств, жителей острова Джерси, а также ирландцев, занимались своим делом и уходили в море, почти не замечая тех, кто уселся им на шею. Крепкие, упрямые, невероятно закаленные, они выстояли в черные годы Рыбных Адмиралов, когда английские монархи склонились перед требованиями влиятельнейших рыбных дельцов на Старой Родине и постановили, что на новых землях никто не смеет селиться, что остров должен служить лишь сезонной базой для команд английских кораблей. Тем не менее жители Ферриленда отстояли родные дома. Они отстояли их от бесконечных нападений французов, обитателей Новой Англии, португальцев и просто пиратов. Они держались за них с упорством ракушек, всверлившихся в корабельное днище. Несколько раз Ферриленду приходилось стоять насмерть, когда его атаковали и с моря и с суши. Он и его жители продержались более четырех веков. Когда я познакомился с ним в начале шестидесятых, сущность его практически оставалась почти такой же, какой, вероятно, была при его возникновении. У Хоуарда был неиссякаемый запас рассказов, иллюстрировавших природу плавильного котла, создавшего его земляков. Например, история о Вольных Людях. И многие из них, оказавшись на Ньюфаундленде, не желали вернуться на родину. Там они создали собственное общество, и оно просуществовало сотню лет. Они стали разбойниками в романтической традиции Робина Гуда, жили в лесах и грабили богатых, чтобы не только обеспечивать себя всем необходимым, но и помогать угнетаемым рыбакам на побережье. Внутренняя область полуострова стала Краем Вольных Людей. В их владения рисковали вторгаться только вооруженные до зубов отряды королевских солдат. Тайные тропы вились повсюду, а поселки Вольных Людей прятались в десятках глубоких долин, одна из которых находилась всего в пяти милях от Ферриленда, укрытая могучим холмом, носившим название Горшок Масла. Вольных Людей не разгромили и не подчинили — мало-помалу они смешивались с поселенцами на побережье, и их кровь тоже струится в жилах жителей Южного берега. В рассказах Хоуарда Морри эти люди и подобные им вновь обретали жизнь, пока он совершал со мной экскурсии по берегу в портовые селения вроде Медвежьей Бухты, Ла-Манша, Адмиральской Бухты, Каппахейдена, Продления, Фермьюза, Аквафорте, Болиня и многие другие с не менее странными названиями.

    Однако средоточием его любви оставался Ферриленд. Как-то днем он повез меня на остров Буа, отгораживающий вход в гавань Ферриленда. Когда-то остров был лесистым, но эти дни канули в Лету. Теперь на нем деревья не растут и он кажется порождением буйной фантазии. Это величественная крепость, то ли забытая, то ли не интересующая официальных историков, известная лишь горстке людей вроде Хоуарда. По верхнему краю почти вертикальных обрывов тянется кольцевой земляной вал. По меньшей мере пять батарей все еще грозят черными жерлами пушек, чернеющих за пышными мхами, испещренными птичьим пометом. Все еще сохраняются остатки арсеналов, жилых домов и даже старинного колодца. По словам Хоуарда, впервые островок был укреплен французами до года. К году его захватил английский суперпират Питер Истон, и с тех пор воздвигались все новые укрепления, пока островок не стал практически неприступным и ключом к загадке, почему Ферриленд сумел продержаться так долго. На мелководье у нижнего конца огромной расселины еще ржавели двадцатифунтовые каронады XVII века — там, где корсар ХУП1 века попытался забрать их из временно покинутого форта. А в остальном все как будто оставалось не потревоженным с того момента, когда форт перестал жить. И никаких гидов, никаких ухоженных дорожек, никакой претенциозной реконструкции.

    при плавании порожней рыболовной шхуны в одном из морей ватерлиния

    Истинная реальность былого, лишь притемненная, но не стертая промелькнувшими столетиями. Когда уйдут из жизни люди, подобные Хоуарду Морри а их так мало в любых краях! И придет конец укладу жизни четырехсотлетней давности. Я считаю себя редкостным счастливчиком, раз мне представился случай приобщиться к этому укладу — к жизни ловца трески. Как-то утром в четыре часа Хоуард поднял меня с пуховой перины, накормил потрясающим завтраком и повел в темноте к концу помоста, где мне предстояло пополнить команду объездчика ловушек, состоявшую из четырех человек. Я оказался на небольшом широком судне, оснащенном одноцилиндровым мотором в пять лошадиных сил. Было тихо и холодно, когда мы застрекотали к выходу из гавани. Нам предстояло посетить две ловушки. У них есть дно, но нет верха. Сооружение это закреплялось на морском дне большими коваными якорями — последним, что осталось от старинных и забытых кораблей. Наша первая ловушка была установлена в девяти фатомах за островом Буа, и мы добрались до нее с первыми лучами рассвета. Наш шкипер, пока мы все перегнулись через борт, вглядываясь в черную воду, проверил ловушку джиггером — шестидюймовой свинцовой рыбкой с двумя огромными крючками, подвешенной на конце толстой лески. Он опустил джиггер в ловушку и резко его выдернул. С первого же раза он подцепил отличную жирную треску и втащил ее, переливающуюся жемчужным блеском, на борт. По мере того как мы перетягивали охапки воняющих смолой, ледяных на ощупь веревок через планширь, мешок все уменьшался и уменьшался и вода внутри его начала бурлить. В ловушке было двадцать-тридцать квинталов Квинтал — старинная английская мера веса, традиционно используемая ловцами трески. Равен фунтам засоленной рыбы. Один из нас, молодой человек лет двадцати, не больше, орудовал за бортом, стоя на пляшущей плоскодонке. Ему было трудно удерживаться в такой позе, так как со стороны океана накатывалась крупная зыбь. Веревка неожиданно дернулась, он потерял равновесие, и его правая рука оказалась между бортом плоскодонки и судном в тот момент, когда они смыкались. Раздался треск ломающихся костей. Он тяжело сел на банку своей плоскодонки и поднял руку, оглядывая ее. Она уже была вся залита кровью. Часы, недавно купленные, которыми он очень были полностью раздавлены и глубоко впились в запястье. Он выпустил веревку, отлив начал быстро уносить плоскодонку от нас. Наш шкипер крикнул, чтобы мы бросили ловушку: Другой рукой он опустил весло в воду, подцепил веревку, а потом, одной рукой и зубами перебирая ее, подтянул плоскодонку к судну. Мы втащили его на борт, но он не позволил нам отойти от ловушки, пока из нее не вычерпали последних рыбин и судно не осело в воде почти по планширь.

    На протяжении всего этого времени — около двадцати минут — он сидел на машинном люке, следил за нами и улыбался, а рукав его толстой фуфайки все больше намокал кровью, и она стекала на его непромокаемые брюки. Когда мы причалили к помосту, было десять часов, солнце стояло уже высоко и сильно припекало. Пэт Морри встретила нас с грузовиком, и мы отвезли паренька к врачу, который вправил кости и наложил шестнадцать швов на рану. Я поехал с ними, и когда мы выходили из приемной, паренек сказал мне:. Но где я мог найти слова, чтобы сказать ему, какой он человек? И он страшно смутился бы, попробуй я. Всякий раз, когда я ночевал у Морри, утро заставало меня на помосте, куда я приходил встречать возвращающихся объездчиков ловушек. И неизменно ко мне там присоединялись дядя Джим Уэлч и дядя Джон Хокинс. Им было восемьдесят восемь и девяносто лет соответственно. Оба всю жизнь занимались ловлей рыбы, но, как сказал дядя Джон: Дядя Джон впервые вышел в море джиггеровать рыбу с отцом, когда ему сравнялось восемь. И начал свою карьеру поздновато. Дядя Джим ловил рыбу с шести лет. Запас индивидуальных жизнеописаний, хранившихся в памяти Хоуарда Морри, был неисчерпаем, и все они были сплетением комичного и трагического, ведь обычная жизнь всегда такое сплетение. Как-то вечером мы заговорили о патерах Южного берега там почти все жители — католики , и Хоуард поведал мне историю Билларда и козла. На Южном берегу все сажали картофель, и Биллард особенно гордился своим полем. К несчастью, его сосед держал коз, а козы тоже любят картошку. Как-то утром Биллард копал свою, сгорбив спину, вглядываясь в торфяную землю, и не заметил, как подошел священник.

    при плавании порожней рыболовной шхуны в одном из морей ватерлиния

    Святой отец остановился, положил руки на забор и осведомился:. Биллард покосился из-под кустистых бровей — священника не заметил, зато узрел янтарные глаза особенно нахального козла, который поглядывал на него через забор в другой стороне. В тот же вечер Хоуард рассказал мне совсем другую историю. Сто семьдесят лет назад в Ферриленде появился мужчина средних лет. Сбежал с рыболовного судна. Его преследовала мысль, что он будет схвачен и вновь отдан в кабалу. В поселке он прожил несколько месяцев, женился на молоденькой девушке, завел собственную рыбачью лодку, но страх не оставлял его. И осенью он забрал жену, двух младенцев и погреб вдоль берега до скрытой бухточки, в которую рискнуло бы войти не всякое суденышко, не говоря уж о больших кораблях. Там он построил лесную хижину и повел жизнь изгнанника. Раза два в год он отправлялся на своей лодке в Ферриленд и обменивал засоленную рыбу на необходимые припасы. Если не считать этих редких поездок, он, его жена и подрастающие сыновья жили, будто единственные люди на земле. Кормились они ловлей рыбы, а на мясо убивали карибу и уток и выращивали картошку на крохотном отвоеванном у мхов участочке под морскими обрывами, которые охраняли их от остального мира. Однажды утром в феврале мужчину разбил паралич. Две недели жена выхаживала его, но ему становилось все хуже.

    Задачники FIZMATBANK.RU

    В конце концов она решила, что без помощи ей не обойтись. Поручила мальчикам одному было десять, другому девять ухаживать за отцом и отправилась в лодке на веслах до Ферриленда, до которого от их бухточки было без малого сорок миль. Зима выдалась холодная, и льды были особенно опасными. Она проплыла пятнадцать миль, но тут начался шторм, погнал льдины к берегу, так что лодку раздавило. Женщина добралась до берега пешком по льду. Затем вскарабкалась по оледенелому обрыву, переплыла или перешла вброд несколько речек и в конце концов добралась через лесные сугробы до Ферриленда. У нее не сразу нашлись силы рассказать, что привело ее туда; и миновало семь долгих дней, прежде чем шторм — завывающий северо-восточный ураганный ветер настолько стих, что несколько рыбаков смогли добраться до дальней потаенной бухты вдоль припая. Их встретили два мальчика, онемевшие от застенчивости при виде стольких незнакомых лиц. Рыбаки поднялись в хижину, где царили уют, тепло и полный порядок, но кровать стояла пустая. Они спросили мальчиков, где их отец, и старший, десятилетний, повел их к сараюшке на некотором расстоянии от хижины. Они открыли дверь и увидели пропавшего. Зато видели, как их отец свежевал и разрубал на части убитых оленей. Ну и бедные малыши решили, что так полагается поступать с мертвыми, будь то человек или зверь. Постарались сделать как лучше…. Время, которое я проводил у Морри, было, увы, мимолетным. А почти все свои дни я отдавал и дни, и ночи тоже бестолковым усилиям превратить немыслимый кошмар в сносную реальность. Подчас дифферент создается искусственно для улучшения управляемости судна. Расчетные — используются в расчетах характеристик судна. В управлении любым судном важными являются его габаритные размерения рис. Длина — L; Ширина — В; Высота борта корпуса — Н; Осадка расчетная — Т расч ; Осадка габаритная — Т габ ; Высота надводного борта — Н наим — Т рсч. Главные размерения судна Длина габаритная L габ — расстояние, измеренное в горизонтальной плоскости между крайними внешними кромками выступающих частей носа и кормы судна. Определение коэффициентов полноты Ориентировочно равняется: Для круглоскулых судов — 0,,7; Для остроскулых судов — 0,, Машинная команда, открыв все отверстия для выпуска пара, какие могла найти в этой неразберихе, вылезла на палубу, несколько ошпаренная но спокойная. Больше ничего сделать было нельзя. Пятидюймовый снаряд разрешил все проблемы, возникающие тогда, когда три трюма у вас набиты жемчужными раковинами с отмели Танна, отмели Морского Конька и еще четырех отмелей Аманальского моря, когда вы нанесли удар — предательский удар в самое сердце богатейшей правительственной монополии, удар, от которого ей не оправиться и за пять лет. Оставалось улыбаться и принимать все, что уготовано. Тем не менее, пока от канонерки отваливал баркас, шкипер размышлял о том, как посмели его обстрелять в открытом море, когда он шел под британским флагом над ним и сейчас живописно развевалось такое полотнище , и пытался найти в этих мыслях утешение.

    Уклониться от ответа было невозможно. Никакие письменные показания не смогли бы заглушить ужасающий запах гниющих устриц, мокрых водолазных костюмов и набитых жемчугом трюмов. Лежало его там примерно на семьдесят тысяч фунтов, и каждый фунт был краденым.

    Найти массу корабля без груза (31 марта 2016)

    Вы должны отбуксировать нас куда-нибудь и объяснить, почему вы в нас стреляли. Мистер Уордроп, мы ведь беспомощны, — обратился шкипер к механику, — верно! Военные чины вознамерились было проверить, правду ли сказал мистер Уордроп, но тот предупредил, что вход в машинное отделение может стоить жизни, и они удовлетворились осмотром машин издалека, сквозь редеющий пар. Носовой цилиндр держался только за счет непонятной силы, которую люди называют сопротивлением материалов и которая иногда уравновешивает разрушительные капризы неживой материи. Тем временем мистер Уордроп работал, не покладая рук. Он созвал всех членов команды, и они стали снизу и с боков подпирать цилиндры. По-вашему, мы можем что-нибудь сделать? Они разворотили все внутренности, но мне кажется, что надо набраться терпения и попробовать все же ее запустить. Мы могли бы попробовать Продолжайте затягивать буксировку, нам нужно выиграть время. В дела машинного отделения шкипер никогда не вмешивался. Мистер Уордроп — настоящий художник в своем деле — принялся за работу и создал творение грозное и ужасное. Фоном послужили темные стены машинного отделения, материалом — прочный металл и всевозможные брусья, балки и тросы. С помощью запасного, теперь совершенно ненужного рангоута матросы так загромоздили пространство вокруг носовой машины, что она стала напоминать статую в лесах, причем взор беспристрастного человека всюду мог натолкнуться на концы разнообразных подпорок и крепей, а его ум мгновенно прийти в возбуждение при виде хорошо утопленных в подпорки болтов, неряшливо обмотанных обрывками каких-то веревок, что неизбежно создавало хорошо выверенное впечатление ужасной хлипкости всей конструкции. Затем Уордроп собрал дань с кормовой машины, а выпускной клапан цилиндра размозжил кувалдой в далеких портах достать такой клапан трудно, если только у вас нет, как у мистера Уордропа, запасного. Тем временем матросы сняли гайки с двух толстенных болтов, которыми машина крепится к основанию — двигатель, резко остановленный на середине своего жизненного пути, может запросто сорвать гайки с болтов, поэтому выглядело все весьма естественно. Пройдя вдоль вала, Уордроп снял несколько соединительных болтов с гайками и разбросал под ногами старый железный хлам. В задаче есть четыре условия: Эти четыре условия приводят к четырем уравнениям статического равновесия, давайте их составим.

    Перепишем все четыре уравнения с этими новыми обозначениями: Теперь неизвестных тоже четыре: Кстати, Лиз, не оставшись в долгу, к концу плавания посвятила нам всем поэму собственного сочинения.

    при плавании порожней рыболовной шхуны в одном из морей ватерлиния

    На закате на палубе Майк играет на гитаре и поет, Дэйв подыгрывает ему на скрипке, а мы подпеваем, там где знаем слова. Утро начинается с мытья палубы, купания, подъема якоря и постановки парусов. Еще один чудесный день с неплохим ветром, который так любит наша добрая Grace Bailey. В этом плавании принимает участие дочь капитана Вилльямсона — Кристи. Вместе со старшей сестрой Аллюсой она выросла на шхуне, но, в отличие от нее, ныне капитана, Кристи уехала в Индию и стала там мастером йоги. Вернувшись в Америку, Кристи поселилась в Калифорнии, где ведет занятия йогой. Бывая у родителей на Grace Bailey, Кристи с удовольствием проводит на борту классы по йоге для всех желающих. Вместе с Кристи путешествует ее друг Олден — интереснейший человек, бывавший в Петербурге зимой и, кстати, дружащий с художником Африкой Сергеем Бугаевым. У нас начинается обед, а у Кристи и еще трех наших путешественниц — занятия йогой на палубе. Дженифер окидывает взглядом приготовленный ей стол: А нам уже и не терпится приступить, тем более что сегодня из печной трубы камбуза на палубу шел особенно ароматный дымок. Тем временем Кристи расстилает коврики для занятий. Палуба шхуны, свежий морской воздух — все это идеально как для обеда, так и для йоги. Последняя ночевка — в городке Рокпорт, недалеко от Кэмдена. На берег едем с Кристи и Олденом. Других желающих в этот раз не нашлось: На берегу сохранился законсервированный завод по переработке известняка. Сейчас здание заботливо укрыто крышей, а тогда сверху к нему подъезжали железнодорожные составы, привозившие известняк. Трудно поверить, но море подступало вплотную к заводу, и на месте дорожки находился причал, где готовую известь грузили на суда, развозившие ее по прибрежным городкам. На борту тем временем поспел прощальный ужин. Самую ответственную его часть, мясо на гриле, готовит сам капитан. Не расходимся до поздней ночи, долго и душевно беседуя на палубе. От Рокпорта до Кэмдена совсем недалеко, не больше часа хорошего хода под парусами. День вроде вошел в обычную колею: Пять дней пролетели как один. Система, состоящая из однородных стержней, трех невесомых нитей и блока, находится в равновесии рис.

    при плавании порожней рыболовной шхуны в одном из морей ватерлиния

    Трение в оси блока отсутствует. Найдите массу m 2 нижнего стержня. Все коммерческие суда должны иметь на борту отметку под названием грузовая марка также известна под названиями англ. До того, как эта отметка стала обязательной первый прецедент в новой истории — британский закон о грузовой марке г.




  • Airdeck для надувной лодки 330
  • Держатели спиннингов на лодки пвх фото
  • Нагрудные знаки поплавки






  • Нравится сайт? Поделись с другом!